Как государства и негосударственные акторы борются за сознание людей
В XXI веке понятие войны стало значительно шире, чем вооружённое столкновение армий. Сегодня борьба разворачивается и в медиапространстве. Государства, политические силы и коммерческие структуры используют информацию как инструмент влияния. Информационная война из вспомогательного элемента превратилась в самостоятельное направление стратегической политики.
Трагическим примером разрушительной силы медиа стал геноцид 1994 года в Руанде. В этот период средства массовой информации фактически превратились в инструмент насилия.
Особую роль сыграла радиостанция Radio Télévision Libre des Mille Collines (RTLM), которая в своих эфирах систематически распространяла язык ненависти в отношении тутси, называя их «врагами» и «тараканами». Более того, в эфире звучали прямые призывы к убийствам, а также передавалась конкретная информация — имена, адреса и местонахождение людей, что фактически способствовало координации насилия.
Читайте также
Деятельность радиостанции была рассмотрена Международный уголовный трибунал по Руанде, который признал её руководителей виновными в подстрекательстве к геноциду. Это стало одним из первых случаев, когда медиа были юридически квалифицированы как инструмент преступления против человечности, продемонстрировав, что информационное воздействие может иметь разрушительные и необратимые последствия.
С развитием цифровых технологий ситуация изменилась радикально. Социальные сети и мессенджеры позволили распространять информацию мгновенно и без традиционных редакционных фильтров, что сделало аудиторию более уязвимой к манипуляциям. С развитием цифровых технологий ситуация изменилась радикально. Социальные сети и мессенджеры позволили распространять информацию мгновенно и без традиционных редакционных фильтров, что сделало аудиторию более уязвимой к манипуляциям. Например, во время событий, связанных с вмешательством в выборы в США в 2016 году, социальные сети, такие как Facebook и Twitter, использовались для распространения дезинформации, создания фейковых аккаунтов и таргетированной политической рекламы, направленной на влияние на общественное мнение и усиление поляризации в обществе.
С 2014 года информационная составляющая стала частью конфликта между Россией и Украиной, особенно после начала полномасштабных боевых действий в феврале 2022 года. Исследовательские центры фиксируют распространение дезинформации, манипуляции с визуальными материалами и кибератаки. Обе стороны используют различные методы, включая публикацию фейковых новостей и видеороликов. Например, российские медиа и прокремлёвские Telegram-каналы распространяли дезинформацию о якобы существующих «биолабораториях США» на территории Украины. Украинские официальные каналы и социальные сети публиковали материалы с фронта, включая фото и видео, которые иногда выдавались за свежие кадры боевых действий, хотя на самом деле были сняты ранее, что влияло на восприятие событий международной аудиторией. Информационное противостояние сопровождает военные действия и влияет на восприятие конфликта на международной арене.
Информационные войны ведут и негосударственные акторы. Террористическая организация Исламское государство, действовавшая в 2014–2019 годах на территории Ирак и Сирия, активно использовала цифровую пропаганду для вербовки сторонников по всему миру. По данным международных структур, тысячи иностранных граждан прибыли в регион под влиянием этой кампании. В частности, организация применяла такие методы, как создание многоязычных пропагандистских журналов, массовое распространение видеороликов с элементами постановочного насилия, активное использование Twitter и Telegram для координации и вербовки, а также таргетированное обращение к различным аудиториям с учётом их культурных и социальных особенностей.
Особенность информационных войн — их сложность для юридической оценки и атрибуции. Их последствия проявляются постепенно: снижение доверия к институтам, поляризация общества, радикализация взглядов. В условиях цифровой среды устойчивость общества во многом зависит от медиаграмотности, прозрачности платформ и независимой журналистики.
Информационная война не сопровождается звуками выстрелов или разрывами снарядов, но её последствия могут быть не менее серьёзными. В современном мире борьба за интерпретацию событий стала одним из ключевых факторов глобальной политики.
Асмик ПОГОСЯН
РАУ, Магистратура 1 курс
