Никол Пашинян недавно выступил в Академии перед учёными. Как обычно, речь была не слишком грамотной — на бытовом уровне, а также «народной» и по содержанию, и по лексике. Академики с серьёзным видом кивали, делая вид, будто познают вековую мудрость. Впрочем, неудивительно: пришли те, кто так или иначе зависит от правительства.
Суть сказанного сводилась к следующему тезису: «Какой смысл развивать науку саму по себе?»
Не думаю, что читателям нужно подробно объяснять, почему важно развивать науку «саму по себе», то есть фундаментальные исследования. Величина страны и уровень её благосостояния не могут служить оправданием для отказа от этого стратегического направления — по крайней мере, если речь идёт о государстве, стремящемся к подлинному суверенитету. Тем, кому это интересно, достаточно потратить 10–15 минут и в интернете найти ответ самостоятельно.
Разумеется, любой человек, хоть как-то связанный с наукой, лишь усмехнётся, услышав «эпохальные» выводы Пашиняна. Но, думаю, адресат этих, мягко говоря, примитивных мыслей вовсе не учёные. Подлинная аудитория — это пашиняновский электорат, со своим уровнем интеллектуальных и нравственных представлений, а также со своим, весьма своеобразным, пониманием собственной идентичности.
И если учитывать этот уровень, скрытое послание таких речей примерно следующее: «Вы, ученые, дармоеды, я зря трачу на вас деньги — всё равно от вас никакой пользы». И ожидаемая реакция этой аудитории примерно такова: «Ну, правильно говорит наш благословенный царь, только он и может разобраться с этими грамотеями».
Учёных мало. «Народа» — много.
Арам АБРАМЯН
