«Между Азербайджаном и Арменией существует мир де-факто». Это слова министра иностранных дел Азербайджана Джейхуна Байрамова, произнесённые на совместной пресс-конференции с его российским коллегой Сергеем Лавровым по итогам переговоров в Москве 17 июля.
Они отражают более широкое изменение тональности армяно-азербайджанских отношений после Вашингтонского саммита 8 августа 2025 года, вслед за которым Баку заметно смягчил воинственную риторику, характерную для этих отношений.
Однако, несмотря на попытки продемонстрировать мирные намерения, руководство Азербайджана продолжает системно продвигать экспансионистский нарратив «Западного Азербайджана», представляющий территорию Республики Армения как «историческую родину» азербайджанцев; этот нарратив всё активнее тиражируется через азербайджанские государственные СМИ, образовательные учреждения и официальный дискурс. Эту угрозу игнорирует армянское правительство, неверно трактует армянская оппозиция и слишком легкомысленно воспринимают международные партнёры.
Что говорит продолжающееся продвижение этого нарратива о перспективах прочного мира — спустя год процесса, который всё чаще описывается языком мира?
Читайте также
Прецедент Нагорного Карабаха и переговорный процесс вокруг конфликта демонстрируют два обстоятельства.
Во-первых, нарративную войну нельзя игнорировать или считать незначительной, особенно в сегодняшней среде дезинформации и искажений, где даже самые абсурдные нарративы способны в конечном счёте войти в общественную дискуссию.
Во-вторых, президент Азербайджана Ильхам Алиев известен политикой двойных посланий. Он последовательно демонстрирует умеренный образ международной аудитории, сохраняя внутри страны гораздо более жёсткую линию. При этом его действия во многом продиктованы внутриполитическими соображениями — отсюда агрессивная война и этническая чистка в Нагорном Карабахе, события, которых, как, возможно, полагали некоторые международные партнёры, не произойдёт.
Теперь, когда правительство Армении открыто заявило о намерении закрыть нагорнокарабахскую страницу, Азербайджан в ответ открыто продвигает крайне опасный экспансионистский нарратив в отношении Армении в качестве своей «национальной идеи».
Постоянный мониторинг азербайджанских государственных СМИ, прежде всего государственного агентства «Азертадж», показывает отчётливую тенденцию представлять территорию Армении как «древние азербайджанские земли» — утверждение, не имеющее никаких исторических, географических или политических оснований. Рассмотрим сначала статистику этой опасной пропагандистской кампании, а затем проанализируем её содержание и общие тенденции.
3 ноября 2025 года, спустя три месяца после саммита 8 августа и начала мирного процесса при посредничестве Вашингтона, Алиев принял участие в конференции, посвящённой 80-летию Национальной академии наук Азербайджана. В своём выступлении он прямо поставил задачу: готовить больше исследовательских работ, чтобы и азербайджанская молодёжь, и мировое сообщество хорошо знали свою историю и чтобы одновременно «наше возвращение в нынешнюю Армению звучало совершенно логично и справедливо».
Алиев прекрасно понимает, что этот экспансионистский нарратив не может звучать ни «логично», ни «справедливо». Он знает, что тот не имеет правовых оснований в международном праве[1]. Он также прекрасно осведомлён, что термин «Западный Азербайджан» не имеет исторического прецедента и никогда не появлялся ни на одной географической карте. Это политический термин, изобретённый и продвигавшийся его отцом Гейдаром Алиевым, который употребил его в публичном выступлении в декабре 1998 года:
«Территория, которая сейчас называется Арменией, — на самом деле Западный Азербайджан, [включая] Иреванский, Гёйчинский, Зангибасарский и Зангезурский районы, — всё это земли, где жили мусульмане и азербайджанцы. К сожалению, мусульмане были изгнаны из этих районов, и сейчас там нет ни одного мусульманина. Это результат политики армянского национализма, армянского экстремизма и армянского шовинизма. Если мы говорим об исламской цивилизации на Кавказе, мы должны говорить правду».
Экспансионистская риторика Азербайджана не нова, но она набрала обороты и стала частью политической повестки после Нагорно-Карабахской войны 2020 года. В декабре 2022 года Алиев сам заявил: «Армении никогда прежде не было в этом регионе. Нынешняя Армения — наша земля».
Год назад в статье EVN Report рассматривалось, как система образования Азербайджана используется для продвижения этой концепции и какие риски несёт воспитание поколения, убеждённого, что соседняя Армения «принадлежит им».
Представленный здесь мониторинг сосредоточен на государственном информационном агентстве Азербайджана «Азертадж» — после ноябрьского поручения Алиева 2025 года продвигать концепцию активнее. Он охватывает период после достигнутого при посредничестве США прорыва в Вашингтоне, когда можно было бы ожидать отступления этой риторики по мере движения Армении и Азербайджана к мирному соглашению. Приведённые ниже цифры отражают количество материалов на азербайджанском языке, в которых «Западный Азербайджан» упоминается применительно к Армении.
В ноябре «Азертадж» опубликовало 49 таких материалов. В декабре их число снизилось до 42, в январе — до 32, затем составило 38 в феврале, 24 в марте, 31 в апреле, 29 в мае и 80 в июне.
Эта динамика указывает на то, что «Западный Азербайджан» — не просто политический лозунг, а всё более системный, поддерживаемый государством нарратив с долгосрочными стратегическими последствиями для суверенитета и среды безопасности Армении.
Проблема не только в том, что азербайджанские официальные лица выдвигают территориальные претензии к Армении. Проблема в том, что нарратив «Западного Азербайджана»:
- конструируется как историческое притязание;
- институционализируется через университеты и государственные структуры;
- встраивается в национальную идентичность;
- продвигается по дипломатическим и международным каналам;
- подаётся как вопрос прав человека, тогда как в действительности представляет собой откровенный территориальный экспансионизм.
В совокупности эти усилия свидетельствуют о попытке закрепить устойчивый нарратив, в котором Армения не только не рассматривается как суверенное соседнее государство, но и представляется как территория, связанная с якобы неурегулированными азербайджанскими притязаниями.
Поэтому концепцию «Западного Азербайджана» не следует воспринимать как политический лозунг или изолированную риторику. Она превратилась в поддерживаемый государством идеологический, образовательный и дипломатический проект, направленный на переформатирование представлений об истории, легитимности и суверенитете на Южном Кавказе. Это трудно совместить с декларируемой целью прочного мира.
Игнорировать её сегодня означало бы повторить ошибку тех, кто годами воспринимал азербайджанскую риторику о Нагорном Карабахе как простую пропаганду — до тех пор, пока за ней не последовали военная агрессия и этническая чистка.
Нарратив «Западного Азербайджана» не ограничивается политическими речами и государственными СМИ. Ему всё чаще придают институциональную и академическую рамку и провозглашают «национальной идеей».
В июне этого года Бакинский государственный университет и Община Западного Азербайджана совместно организовали международную конференцию под названием «Возвращение в Западный Азербайджан: новый этап национальной идеи». По сообщению «Азертадж», на конференции рассматривались «научные» основания концепции, включая предполагаемое «право на возвращение» азербайджанцев в то, что называют «Западным Азербайджаном».
Выбор площадки имеет значение. Бакинский государственный университет — одно из крупнейших образовательных учреждений Азербайджана, и конференция ввела нарратив в академическую среду, придав ему видимость научной легитимности и одновременно транслируя студентам и более широкому образовательному сообществу мысль о том, что нынешняя Армения является «Западным Азербайджаном».
Тот же посыл был закреплён позднее в том же месяце в Нахичевани, где прошёл III фестиваль-конгресс «Возвращение в Западный Азербайджан» с участием представительства президента в Нахичевани, Министерства науки и образования, Нахичеванского государственного университета и Общины Западного Азербайджана. В выступлениях на мероприятии высокопоставленные азербайджанские чиновники называли «Западный Азербайджан» национальным и образовательным приоритетом и говорили о переводе концепции из идеи в «стратегическое действие».
Это важно, поскольку нарратив продвигается уже не просто как политическая риторика. Он встраивается в образовательные, академические и государственные институты Азербайджана и подаётся как легитимный национальный проект.
Например:
- Джейхун Джалилов, представитель президента Азербайджана в Нахичевани, заявил: «В свете новых реалий президент Азербайджанской Республики, Верховный главнокомандующий Ильхам Алиев определил вопрос Западного Азербайджана как одно из ключевых направлений национальной повестки».
- Министр науки и образования Азербайджана Эмин Амруллаев подчеркнул, что тема Западного Азербайджана стала одной из главных тем в образовательной и научной сферах страны. Министр также отметил, что тема перешла от идеи к этапу стратегического действия. В результате целенаправленной политики главы государства реализуются системные организационные, образовательные и исследовательские меры, касающиеся возвращения в Западный Азербайджан.
- Заместитель председателя Милли Меджлиса Зияфет Аскеров также заявил, что возвращение западных азербайджанцев на родину является одним из важных приоритетных направлений внешней политики страны.
Эти официальные заявления вместе с активной пропагандистской кампанией в государственных СМИ отчётливо демонстрируют продолжающиеся усилия Азербайджана представить международно признанную территорию Армении как «Западный Азербайджан». Они также подтверждают, что этот нарратив перешёл из идеологической концепции в стратегическую государственную политику — весомое свидетельство того, что Азербайджан не стремится к подлинному примирению. Напротив, он институционализирует безосновательный, но системный, спонсируемый государством экспансионистский нарратив, принципиально несовместимый с прочным миром.
К сожалению, этой серьёзной угрозе до сих пор не уделяется должного внимания. Правительство Армении предпочло либо игнорировать её, либо, что ещё хуже, проводить ложные параллели между сфабрикованным азербайджанским «правом на возвращение» в так называемый «Западный Азербайджан» и международно признанным правом на возвращение армян Нагорного Карабаха[2]. Представители власти даже критиковали оппозицию за то, что она напоминает обществу о праве на возвращение армян Нагорного Карабаха.
Эти два утверждения принципиально различны. Когда Ильхам Алиев начал называть Армению «Западным Азербайджаном» и продвигать выдуманную концепцию «права на возвращение», армяне ещё жили в своих домах в Нагорном Карабахе. Эти два вопроса никогда не были связаны между собой.
Что важнее, приравнивание сфабрикованного, спонсируемого государством экспансионистского нарратива к устоявшемуся принципу международного права лишь нормализует притязания Азербайджана в отношении Армении вместо того, чтобы обнажать их подлинную природу. Усилия премьер-министра Армении Никола Пашиняна закрыть Нагорно-Карабахскую страницу внешней политики Армении породили и политическую дилемму: если правительство считает конфликт урегулированным и настаивает, что Армения и Азербайджан теперь находятся в состоянии мира, то как оно характеризует продолжающиеся притязания Азербайджана в отношении самой Армении?
От этого вопроса нельзя уйти, просто объявив конфликт завершённым. Напротив, появление нарратива «Западного Азербайджана» делает ещё более важным, чтобы Армения чётко сформулировала, что он собой представляет, почему это значимо и чем он отличается от прав армян, изгнанных из Нагорного Карабаха.
Оппозиция также не сумела верно поставить вопрос. Ряд ведущих оппозиционных партий, прежде всего «Сильная Армения», ныне представленная в парламенте, в ходе предвыборной кампании активно использовали азербайджанскую терминологию, говоря о «расселении 300 тысяч азербайджанцев» ради критики правительства Пашиняна. Это утверждение сыграло на руку азербайджанской пропаганде и угрозам о «возвращении» азербайджанцев в Армению.
Речь идёт не просто о дискуссии об азербайджанцах, некогда живших в Советской Армении: по данным советской переписи 1989 года, их насчитывалось 84 860 человек. Речь идёт о спонсируемом государством идеологическом проекте, оспаривающем территориальную целостность и историческую легитимность Армении. Однако вопрос оказался втянут во внутриполитическое соперничество в Армении, и ни правительство, ни парламентская оппозиция не смогли сформулировать связный ответ на его более широкие последствия для национальной безопасности.
Международные партнёры Армении также пока не относятся к этому вопросу с той серьёзностью, которой он заслуживает. Но основная ответственность лежит на Армении — чётко объяснить, что представляет собой концепция «Западного Азербайджана», почему она важна и какими могут быть её долгосрочные последствия для суверенитета и безопасности страны.
У Армении по-прежнему есть дипломатические, политические, правовые и информационные инструменты, чтобы оспорить спонсируемый государством нарратив Азербайджана. Цель должна состоять не в усилении звучания этой риторики, а в последовательном её оспаривании и в недопущении её дальнейшего закрепления в международном дискурсе и, в конечном счёте, в политических реалиях на местах.
Армения дорого заплатила за игнорирование открыто провозглашённых намерений в прошлом. Есть возможность противодействовать этой политике средствами дипломатии, стратегической коммуникации и последовательного политического месседжа. Это должно стать центральной задачей для правительства Армении, политических партий, учёных, гражданского общества и организаций диаспоры — чтобы ясно показать, что поставлено на карту.
Нарратив не превращается в территориальную претензию за одну ночь, но если позволить ему укорениться без ответа, оспорить его позже будет труднее. Угроза очевидна и реальна, и её необходимо предотвратить вовремя.
Автор: кандидат исторических наук, эксперт по Азербайджану Татевик Айрапетян.
Статья была опубликована в «EVN Report» 4 сентября 2026 года.
[1] Юридические возможности для предполагаемого «переселения» азербайджанцев в Армению закрыты. Сегодня не существует международного судебного или иного правового форума, в рамках которого Азербайджан мог бы убедительно отстаивать заявления о якобы существующем «праве на возвращение» азербайджанцев в Армению. Этот вопрос связан с юридическими и временными ограничениями, которые уже были рассмотрены двумя наиболее авторитетными международными судебными органами. Их решения определяют соответствующие правовые рамки и временные пределы, не оставляя оснований для подобных претензий Азербайджана.
В своем решении по делу Samadov v. Armenia (жалоба № 36606/08, 26 января 2021 года) Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) признал неприемлемой жалобу гражданина Азербайджана, проживавшего в Кельбаджаре. Суд отметил, что Армения присоединилась к Европейской конвенции по правам человека в 2002 году, тогда как заявитель подал жалобу лишь в 2008 году, не представив каких-либо объяснений тому, почему он ждал более 15 лет после предполагаемого нарушения и шесть лет после присоединения Армении к Конвенции, прежде чем обратиться с жалобой. Суд счел эту задержку чрезмерной и пришел к выводу, что жалоба была подана с пропуском установленного срока.
Это решение имеет особое значение, поскольку в своем межгосударственном иске против Армении, поданном в 2021 году, Азербайджан попытался выдвинуть требования, касающиеся имущественных прав азербайджанцев, покинувших Армению и Арцах в начале 1990-х годов. Решение по делу Samadov убедительно свидетельствует о том, что подобные требования также, вероятно, были бы признаны неприемлемыми вследствие чрезмерного истечения времени.
Еще более важно, что в своем решении от 12 ноября 2024 года Международный суд ООН (МС ООН) постановил, что он не обладает юрисдикцией для рассмотрения требований Азербайджана, относящихся к периоду с 1993 по 1996 год, включая утверждения о предполагаемой депортации азербайджанцев. Исключив эти исторические требования из своей юрисдикции, МС ООН еще более сузил доступные Азербайджану правовые возможности в отношении событий того периода.
В совокупности эти два судебных решения демонстрируют, что в настоящее время не существует жизнеспособного международно-правового механизма, посредством которого Азербайджан или отдельные азербайджанские заявители могли бы добиваться рассмотрения имущественных требований, связанных с перемещением азербайджанцев в начале 1990-х годов. Любая подобная попытка столкнулась бы с серьезными препятствиями на стадии определения приемлемости или юрисдикции с учетом сформированных позиций ЕСПЧ и МС ООН.
[2] В своем решении от 17 ноября 2023 года Международный суд ООН признал право армян Нагорного Карабаха на возвращение и подтвердил обязанность Азербайджана обеспечить их скорое, безопасное и добровольное возвращение. Это является действующим международным судебным актом. Совет ООН по правам человека выступил с аналогичным призывом и признал это право на международном уровне. ПАСЕ также рассматривала этот вопрос. Европейский парламент также признал это право. Международные правозащитные организации, такие как Human Rights Watch, также выражали обеспокоенность по этому вопросу.