Когда Никол Пашинян заявляет, что история — это не то, что произошло, а то, что произойдет, то тем самым он вовсе не стремится освободить свой политический провал от груза прошлого. Да, эта проблема существует, и премьер-министру Пашиняну, как бы легко это ни было с точки зрения риторики, с точки зрения общественного восприятия все же трудно бесконечно искажать победы и превращать их в поражения, а поражение, произошедшее в период его пребывания у власти, преподносить как победу.
Этот ресурс искажения исчерпаем, поскольку в конечном счете мы имеем дело с обществом, обладающим множеством недостатков и пробелов в образовании, но все же весьма далеким от критической степени утраты здравого смысла. Соответственно, невозможно бесконечно убеждать, что победа была поражением, а поражение является победой.
Поэтому он взялся за вариант решения вопроса «пакетом», провозгласив: истории не было, истории нет, следовательно, нет ни победы, ни поражения. Однако именно здесь заслуживает внимания формулировка: история — это то, что должно быть. А вся проблема заключается в том, что это «то, что должно быть» — бесконечно. То есть никогда нельзя сказать: вот это именно то, что должно было быть и произошло. Всегда сегодня есть «то, что завтра еще должно быть». Иными словами, всегда есть завтра. Следовательно, всегда можно сказать, что история находится в непрерывном процессе создания.
Это, в свою очередь, означает, что Никол Пашинян «отменяет» или стремится «отменить» в общественном восприятии не только вчерашний день как единицу измерения или точку отсчета для сегодняшнего дня, но и сегодняшний день вообще — как рубеж для оценки ситуации. Де-факто он предлагает оценивать ситуацию посредством «завтра». А поскольку «завтра» бесконечно, всегда есть «завтра», которое наступит завтра, Никол Пашинян фактически выдвигает свою формулу бесконечного откладывания ответственности, или попросту бесконечного растягивания резинки безответственности. Просто это более «мягкая формула»: она не предполагает очевидного искажения победы и преподнесения ее как поражения, а катастрофического поражения — как «достижения».
Читайте также
Но может ли резинка безответственности растягиваться с такой «бесконечностью»?
Акоп БАДАЛЯН
