Заявив в Брюсселе, что в 2027 или 2028 году Армения официально подаст заявку на вступление в ЕС, Никол Пашинян уже на следующий день приступил к очередной силовой операции против оппозиции — на этот раз против лидера «Сильной Армении» Самвела Карапетяна. Возможно, даже у самых ярых сторонников Пашиняна нет сомнений в том, что эти действия обусловлены исключительно политическими мотивами. Просто, исходя из собственных личных мотивов, они считают целесообразным повторять официальные «обоснования».
Гораздо интереснее здесь то, что думают обо всём этом представители ЕС — локомотива демократии. Например, те, кто на два года разместился в Армении под «предлогом» защиты армянской демократии от гибридных угроз. С точки зрения этих европейских наблюдателей, использование правоохранительных рычагов против оппозиционных конкурентов — это защита демократии и верховенства права или, наоборот, угроза им? Это, пожалуй, тоже риторический вопрос, поскольку Никол Пашинян вряд ли стал бы настолько пренебрегать европейцами. Ведь они не армянский оппозиционный электорат. Будучи «одной ногой всё в Брюсселе» он не стал бы прибегать к очередному использованию властных рычагов против оппозиции. Более того, нельзя исключать, что в Брюсселе он мог заранее согласовать эту операцию.
Если, конечно, её вообще не продиктовали непосредственно из Брюсселя — в качестве «залога» приверженности ЕС.
Во всяком случае, до 2018 года, когда в Армении какой-либо полицейский проходил мимо какого-либо оппозиционного лидера, представители ЕС — как официальные, так и неофициальные — считали своим долгом отреагировать на этот «инцидент» и, по крайней мере, предупредить, что полицейский, проходя мимо, мог случайно задеть оппозиционного деятеля или активиста и тем самым ограничить его свободу. А теперь — гробовое молчание. Более того, даже на уровне неофициальных представителей наблюдается последовательное поощрение и «обоснование» действий армянских властей.
Читайте также
Таким образом, судя по сложившейся ситуации, услышав от Никола Пашиняна о возможной заявке в 2027–2028 годах, чиновники ЕС проявили огромное нетерпение и ожидали, что прелюдия начнётся как можно скорее. Пашинян же не стал медлить — едва рассвело, он уже приступил к делу.
Акоп БАДАЛЯН
