Легитимность не определяется получением мандата или отказом него
В сентябре этого года в России должны состояться выборы в Государственную думу. Экономическая ситуация в этой стране, мягко говоря, сложная: дефицит бензина, возникший в результате украинских ударов, может привести к крайне серьёзным последствиям. Означает ли это, что Путин может отменить или хотя бы отложить выборы? Политологи говорят: нет, это исключено.
Почему? Дело в том, что для автократий типа России, Беларуси, Азербайджана и Армении выборы — это не просто политическое мероприятие, в ходе которого граждане выражают свои предпочтения. Скорее, это ритуал, своего рода церемония, которая преследует три основные цели.
1. Власть должна продемонстрировать, что жизнь идёт своим обычным чередом, а ситуация остаётся стабильной.
Читайте также
2. Бюрократия (в случае Армении — прежде всего губернаторы областей и руководители административных районов) должна доказать, что находится в «хорошей форме» и готова безоговорочно служить первому лицу.
3. Электорат власти должен показать, что продолжает поклоняться своему кумиру. Так получилось, что в Армении и России ядро этого электората, по всей видимости, составляют женщины старше 50 лет, чья любовь к «царю» сочетается с ненавистью к его противникам. Армянская специфика заключается ещё и в том, что эти провластные дамы имеют возможность писать в социальных сетях пахабные оскорбления. В России социальные сети, по сути, запрещены.
Таким образом, выборы для автократий являются важным испытанием.
Укрепляют ли они легитимность власти? Нет, легитимность с этим не имеет ничего общего.
Поскольку в последнее время обострилась дискуссия вокруг понятия «легитимность», мне было интересно узнать мнение специалистов.
В интервью, которое я взял у доктора политических наук Тиграна Торосяна, он предложил интересную формулировку. Общественная легитимность власти возникает тогда, когда подавляющее большинство граждан уверено, что действия этой власти законны. Между тем в Армении картина прямо противоположная: подавляющее большинство граждан убеждено, что действия власти незаконны.
Разница лишь в отношении к этому факту. Я и люди, подобные мне, считаем, что беззаконие и произвол — это плохо. А вот николовская масса уверена, что беззакония вполне оправданы: «Правильно делает, пусть ещё и глаз выколет, с этими так и надо, им ещё мало» и так далее.
Но, независимо от наших эмоций, мы едины в одном: власть на каждом шагу нарушает закон. Следовательно, она нелегитимна.
Снова цитируя политолога, скажу: легитимность абсолютно не зависит от того, у кого какой депутатский мандат. Это ответ тем, кто утверждает, что оппозиция не должна легитимизировать партию «Гражданский договор», принимая мандаты.
«Гражданский договор» уже ничто не легитимизирует. Даже если бы Путин, Трамп и Урсула фон дер Ляйен каждое утро хором исполняли песню о легитимности Пашиняна, это ничего бы не изменило.
А вот получить мандаты — это правильно. «Гражданскому договору» было бы крайне выгодно, если бы оппозиция и её сторонники несколько недель или даже месяцев ходили по улицам Еревана, а затем просто разошлись по домам. Прийти к власти так, как это сделал «Гражданский договор» в 2018 году, не получится — это их поле.
Власть — не только в Армении, но и любая авторитарная власть — больше всего боится не уличной борьбы, а организованных институциональных политических структур: сдержанной, солидной и конструктивной оппозиционной борьбы.
Похоже, именно такой стиль выбрали оппозиционные силы, прошедшие в парламент. Именно этим в значительной степени объясняются истерические шаги Пашиняна.
Арам АБРАМЯН
Газета «Аравот»
14.07.2026
