Лента новостей
Новости дня

5 сентября 1918г, страшная дата — день начала «красного террора»: профессор Андрей Зубов

05 сентября,2018 20:25

СТРАШНАЯ ДАТА

Этот день — 5 сентября 1918 г. — день декрета СНК РСФСР «О красном терроре» встает в один ряд с 20 января 1942 г. — конференцией в Ваннзее, принявшей решение об «окончательном решении еврейского вопроса», с решением младотурок в феврале 1915 г. об «окончательном решении армянского вопроса» в Османской империи.
Результатом каждого из этих решений стала гибель бесчисленного множества ни в чем не повинных людей, только за то, что они принадлежат к другому народу, другой вере, другому социальному слою чем их убийцы.

Мир, в том числе и Россия, уже давно, в мае 1915 г. назвали эти формы геноцида — «преступлением против человечности», то есть преступлением против самой сути человеческого естества, которая есть есть любовь и дружественность к другому. Увы, в двух из трех обществ, осуществивших эти геноциды, они не осуждены, убийцы в почете и трагедия жертв замалчивается или отрицается вовсе. Только Германия нашла в себе силы осудить свое преступное прошлое и потому сейчас это стабильная, процветающая демократическая страна — оплот гуманности и свободы.

Россия и Турция пожелали остаться наследниками убийц, и потому и русские и турки бегут в Германию в поисках лучшей жизни, и в России и в Турции нет ни демократии, ни гражданских свобод. Обоим странам далеко до процветания. Потому в Германии принимают беженцев, а турки и русские убивают и своих граждан, и граждан соседних и дальних государств — курдов, арабов Сирии, украинцев. Как раз сейчас на головы мирных жителей Идлиба падают русские бомбы, чтобы вынудить их к бегству из родной страны.

5 сентября 1918 г. страшная, поворотная дата. Мы, люди России, должны помнить ее с отвращением и содроганием. Увы, мы забыли ее.

Вот два документа о начале красного террора и, с сокращениями, соответствующая глава из нашей «Истории России ХХ век».
«ПРОТОКОЛ МЕЖРАЙОННОГО СОВЕЩАНИЯ (ВЧК) ПО ВОПРОСУ О ПРОВЕДЕНИИ ТЕРРОРА В СВЯЗИ С ПОКУШЕНИЕМ НА тов.Ленина

31 августа 1918 г.
О расстрелах. Подтвердить прежнее постановление об оружии (расстрел контрреволюционеров за нахождение у них оружия). Расстреливать всех контрреволюционеров. Предоставить районам право самостоятельно расстреливать. Дать соответствующие инструкции районам.
О заложниках. Взять заложников (крупных фабрикантов)
от буржуазии и союзников, объявить, что никакие ходатайства за арестованных буржуа не принимаются.
Район определяет кого брать в заложники… Устроить в районах маленькие концентрационные лагеря….
Об арестованных. Сегодня же ночью Президиуму ВЧК рассмотреть дела контрреволюционеров и всех явных контрреволюционеров расстрелять. То же сделать районным ЧК. Принять меры, чтобы трупы не попадали в нежелательные руки. Ответственным товарищам ВЧК и районных ЧК присутствовать при крупных расстрелах.
Поручить всем районным ЧК к следующему заседанию доставить проект решения вопроса о трупах. Предложить комиссариату юстиции в специальном порядке разгрузить тюрьмы от мелких преступников…
О других партиях. Поскольку левые эсеры стоят на точке зрения ЦК (своего) и выступают активно, арестовывать их. Что касается правых эсеров, центровиков, меньшевиков, кадетов и др. черносотенцев, то вопрос о них ясен».
(Отчет ВЧК за четыре года ее деятельности. М.,1922. — С.79)

ДЕКРЕТ СНК РСФСР 2О КРАСНОМ ТЕРРОРЕ»
5 сентября 1918 г.
Совет народных комиссаров, заслушав доклад председателя ВЧК о деятельности этой комиссии,находит, что при данной ситуации обеспечение тыла путем террора является прямой необходимостью; что для усиления деятельности ВЧК и внесения в неё большей планомерности необходимо направить туда возможно большее число ответственных партийных товарищей; что необходимо обеспечить Советскую Республику от классовых врагов путем изолирования их в концентрационных лагерях, что подлежат расстрелу все лица, прикосновенные к белогвардейским организациям, заговорам и мятежам; что необходимо опубликовать имена всех расстрелянных, а также основания применения к ним этой меры»
Нарком юстиции Д.И.Курский
Нарком по внутренним делам Г.И.Петровский
Управделами СНК В.Д.Бонч-Бруевич
(Декреты Советской власти. Т.3, М., 1964. С. 291-292.

ИЗ КНИГИ «ИСТОРИЯ РОССИИ. ХХ ВЕК»
Раздел 2.2.12 (частично)

Красный террор был закономерным явлением. Захватив власть незаконно, в результате переворота и пойдя на радикальные меры по присвоению себе чужой собственности, большевики неизбежно сталкивались с народным сопротивлением, которое они подавляли с помощью карательного аппарата, физически уничтожая своих потенциальных противников. Это было продемонстрировано уже в январе 1918 г. разгоном Учредительного Собрания, несогласного с их действиями, и расстрелом демонстраций в его защиту.
7 (20 н. с.) декабря 1917 г. Совнарком учредил Всероссийскую чрезвычайную комиссию по борьбе с контрреволюцией, спекуляцией и саботажем (ВЧК, или ЧК) под председательством Дзержинского. Она заменила большевикам ВРК в роли главного органа насилия. Массовые насилия начались уже в декабре 1917 г.: в Севастополе и Одессе матросы убили около 500 офицеров. После разгона Учредительного собрания и написанного Троцким воззвания «Социалистическое отечество в опасности» поднялась первая волна красного террора. В январе–марте 1918 г. произошли убийства многих офицеров, юнкеров и штатских интеллигентных людей в Армавире, Евпатории, Симферополе, Ялте, Минеральных Водах, вновь в Севастополе, в Киеве, Таганроге, Ростове-на-Дону и других городах. Убийства сопровождались истязаниями и отличались неимоверной жестокостью: в Таганроге юнкеров живьем бросали в доменные печи, в иных местах, садистски искалечив, топили в море. Убийства совершались местными ревкомами. В начале 1918 г. в Воронеже, Туле, Твери, Омске большевики обстреливали крестные ходы: были убитые и раненые.
На III Cъезде Советов в январе 1918 г. Ленин заявил, что «ни один еще вопрос классовой борьбы не решался в истории иначе, как насилием», предложив расстреливать спекулянтов на месте. 31 января 1918 г. СНК предписал увеличить число тюремных мест и «обезопасить Советскую республику от классовых врагов путем их изоляции в концентрационных лагерях». Кроме того, для устрашения противников советской власти была применена система заложничества. 21 февраля 1918 г. ВЧК получила право внесудебной расправы над противниками большевиков. Чекисты официально ввели в практику допросов пытки, и их начальство само требовало дополнять ими допрос, «пока арестованный все не расскажет».

24 марта 1918 г. ВЧК постановил создавать местные ЧК – губернские(ГубЧК) и уездные. Множество монастырей было превращено в места заключения. Всероссийская ЧК в 1918 г. заняла в Москве дома страховых обществ «Якорь» и «Россия» на Лубянке. Её продолжатель – ФСБ – занимает то же самое, только очень разросшееся, здание и сегодня.

С расширением сети органов ЧК к групповым убийствам добавляется множество убийств индивидуальных. Массовые расстрелы заложников после декретов 1918 г. о красном терроре не идут уже стихийно, но по директивам из Москвы. За службу царской власти убивают ее чиновников, судей, жандармов, полицейских. Чтобы не восстали против советской власти, убивают офицеров и любых бывших военнослужащих ударных отрядов, особенно корниловцев.

«Звонит на станцию ˝Власть Народа˝:дайте 60-42. Соединяют, но телефон, оказывается, занят – и «Власть Народа» неожиданно подслушивает чей-то разговор с Кремлем: — У меня пятнадцать офицеров и адъютант Каледина. Что делать? — Немедленно расстрелять» — И.Бунин. Окаянные дни. Запись под 24 февраля 1918 г.

В мае и июне в Москве шли масштабные облавы с целью искоренить Белое подполье. 18 июня 1918 г. в помощь ЧК были созданы чрезвычайные судебные органы – революционные трибуналы. Непредвзятые приговоры здесь почти исключались, так как и защитники, и обвинители представляли интересы большевиков. 26 июня 1918 года Ленин пишет Зиновьеву: «Надо поощрять энергию и массовидность террора против контрреволюционеров, и особенно в Питере, пример коего решает».

Только по газетным сообщениям, попавшим в поле зрения С.П. Мельгунова (автора первого обобщающего труда о красном терроре), в июле 1918 г. было совершено 1115 расстрелов. После покушений 30 августа на Ленина и Урицкого, 4 и 5 сентября Совнарком объявляет два декрета о красном терроре. Убийство заложников «из буржуазии и офицерства» объявлялось законной мерой пресечения «малейших попыток сопротивления» советской власти. И не только объявлялось. По всей России сотни тысяч людей были убиты самым ужасным образом как заложники, то есть по определению без суда и следствия, так как лично их не за что было судить даже советской власти. Так, в октябре 1918 г. в Пятигорске местной ЧК во главе с Георгием Атарбековым (Атарбекяном) были зарублены на кладбище 73 заложника из аристократии и офицерства, в том числе генерал Н.В. Рузский, принимавший 2 марта 1917 г. отречение Государя, и болгарский доброволец на русской службе генерал Радко-Дмитриев.

После убийства председателя Петроградской ЧК палача и садиста Моисея Урицкого «Красная газета», официальный орган Петроградского совдепа, возглавляемого Зиновьевым, писала «Убит Урицкий. На единичный террор наших врагов мы должны ответить массовым террором… За смерть одного нашего борца должны поплатиться жизнью тысячи врагов» (вечерний вып. 30.08.1918). На следующий день: «Кровь за кровь. Без пощады, без сострадания мы будем избивать врагов десятками, сотнями. Пусть их наберутся тысячи. Пусть они захлебнутся в собственной крови!… За кровь товарища Урицкого, за ранение тов.Ленина, за покушение на тов.Зиновьева, за неотмщенную кровь товарищей Володарского, Нахимсона, латышей, матросов — пусть прольется кровь буржуазии и ее слуг — больше крови!» (утренний вып. 31.08.1918). А уже через четыре дня та же газета с видимым огорчением сообщала в передовой: «Вместо обещанных нескольких тысяч белогвардейцев и их вдохновителей — буржуев расстреляно едва несколько сот» (утренний вып.4.09.1918). В действительности только по сохранившимся спискам в те дни в Петрограде было расстреляно до 900 заложников и еще 512 в Кронштадте.

Карл Маркс учил, что, так как человек – продукт своей среды, судить его надо не по «субъективной» вине, а по «объективному» признаку принадлежности к определенному классу. 1 ноября 1918 г. М.И. Лацис (Ян Судрабс) дает установку своим подчиненным: «Мы не ведем войны против отдельных лиц – мы истребляем буржуазию, как класс. Не ищите на следствии материала и доказательств того, что обвиняемый действовал делом или словом против советской власти. Первый вопрос, который вы должны ему предложить, какого он происхождения, воспитания, образования или профессии. Эти вопросы и должны определить судьбу обвиняемого. В этом смысл и сущность красного террора». В том же ноябре Ленин вторит Лацису: «Для нас важно, что ЧК осуществляют непосредственно диктатуру пролетариата, и в этом отношении их роль неоценима. Иного пути к освобождению масс, кроме подавления путем насилия эксплуататоров, – нет. Этим и занимаются чрезвычайные комиссии, и в этом их заслуга перед пролетариатом».

Террор приобретает широчайший характер – его цель уничтожение прежнего ведущего слоя России, чтобы на его место поставить большевиков, управляющих малограмотным, идеологически оболваненным народом. О гибели множества взрослых напоминали толпы их беспризорных детей, бродящих по стране.

«Моя жена была однажды по делам гимназии Стоюниной в канцелярии начальника учебных заведений. Ожидая приема, она слышала рассказ этого начальника о том, что он накануне вернулся из Тверской губернии, куда ездил руководить ˝красною неделею˝. – Вспоминал философ Н.О.Лосский события конца 1918 г. – Комиссар, присланный откуда-либо из центра, призывал к себе начальника уезда и распоряжался, чтобы в течение недели было расстреляно такое-то число лиц. Кого именно расстрелять, определялось следующим образом, согласно рассказу, слышанному моею женою. Начальник уезда принёс комиссару тетрадь со списком имен священников, бывших офицеров, помещиков, фабрикантов, вообще лиц, считавшихся по своему душевному строю неспособными стать строителями коммунизма. Комиссар, перелистывая тетрадь, тыкал пальцами наугад на ту или другую строку; на чьё имя случайно попадал палец, тот и подлежал расстрелу» — Н.О.Лосский. Воспоминания. Жизнь и философский путь. М.,2008. – С.184.

Планомерный, целеустремленный террор, охвативший все население, распространяется и на Красную армию. В июле в Красной армии создаются большевиками «особые отделы» с функциями ЧК. 14 августа 1918 г., после поражений на Волге, Троцкий предупреждает: «Если какая-нибудь часть отступит самовольно, первым будет расстрелян комиссар части, вторым – командир. Трусы, шкурники и предатели не уйдут от пули».

А.Ф. Саликовский – член партии народных социалистов, проживавший в 1919 году в Киеве, вспоминал: «Весною 1919 года (кажется в мае) прибыл в Киев царским поездом Троцкий для смотра войск Киевского округа. Войска дефилировали перед ним на Софиевской площади в присутствии огромной толпы любопытных… Троцкий обошёл все ряды Красной армии и, быстро вглядываясь в лица солдат, время от времени говорил тому или иному красноармейцу: «Выйди из ряда»! К концу обхода таких отмеченных Троцким солдат набралось около 300. Троцкого спросили, что с ними делать.
— Расстрелять!

Так «гениальный вождь» демонстрировал свою проницательность и укреплял свой авторитет и «железную дисциплину» в Красной армии».
Оригинал воспоминаний хранится в коллекции С.П. Мельгунова в архиве Гуверовского института в США (коробка 1, дело 3, л.л. 35-38).
А.Ф. Саликовский. Троцкий в Киеве.\ Красный террор глазами очевидцев. – М.: Айрис Пресс, 2009, стр. 66-67.

Троцким были созданы заградительные отряды, которые должны были стрелять в отступающих, и введены процентные расстрелы личного состава в качестве наказания. Первым так поступили с разбитым Белыми под Свияжском Петроградским рабочим полком. Расстреляны были его комиссар, командир и 27 красноармейцев. Отражая наступление Юденича на Петроград, Троцкий 3 ноября 1919 г. издал приказ по 7-й армии: «Командиры и комиссары отвечают за свои части перед Советской Республикой <…> Коммунистам быть на самых опасных местах, подавая пример мужества <…> Отступающих без приказа после предупреждения истреблять на месте. Заградительным отрядам передавать дезертиров немедленно трибуналу, < > сеятелей паники истреблять на месте». Главком Красной Армии И.И.(Юкумс) Вацетис писал Ленину: «Дисциплина в Красной армии основана на жестоких наказаниях, в особенности на расстрелах… Беспощадными наказаниями и расстрелами мы навеяли террор на всех… Смертная казнь … у нас на фронтах практикуется настолько часто и по всевозможным поводам и случаям, что наша дисциплина в Красной армии может быть названа кровавой дисциплиной». Один из руководителей ЧК Лацис призывал убивать всех военнопленных: «Закон гражданской войны – вырезать всех раненых в боях против тебя…Борьба идет не на жизнь, а на смерть. Поэтому бей, чтобы не быть побитому» («Известия» 23 августа 1918 г.). Троцкий обещал, что если офицеры РККА попытаются перейти к Белым, «от них останется одно мокрое место» («Известия» 30 июня 1918 г.). По приказу С.С.Каменева пленных белых офицеров не просто убивали, но жестоко мучили перед этим – вбивали гвозди в плечи по числу звезд на погонах, вырезали на груди георгиевские кресты, лампасы на ногах, отрезали половые органы и впихивали в рот жертв.

Разгул красного террора в сентябре–ноябре 1918 г. смутил многих коммунистов. В партии возникла дискуссия об определении полномочий ЧК, о подчинении ее Наркомюсту, об ограничении ее деятельности следственными функциями. Московская организация большевиков особенно много высказывалась на эту тему. Однако за чекистов заступился Ленин, и на всем протяжении Гражданской войны их деятельность оставалась почти неподконтрольной. Дзержинский не только сохранил все свои полномочия, но расширил их, взяв под свой контроль ранее независимые от ЧК ревтрибуналы. К началу 1921 г. было 86 областных и республиканских ЧК, 16 особых отделов и 508 уездных ЧК. Каждая из них убила огромное число людей.
Чтобы представить себе повседневный лик красного террора, приведем выдержки из следственных актов и судебно-медицинской экспертизы различных ведомств – как правительств Колчака и Деникина, так и большевиков.

«…Труп номер 1 – весь череп полностью разбит, нижняя челюсть сломана. В нем Нина Константиновна Богданович и опознала своего мужа, Семена Павловича Богдановича. У трупа номер 2 – штыковая рана в грудь и огнестрельная в голову. У трупа номер 3 раздроблен череп. Труп номер 4, по виду военный, череп полностью разбит. Номер 5 – обе челюсти разбиты, большая часть черепа с виском разбита. Нина Константиновна Богданович заявила, что это – Кожуро, убитый большевиками вместе с ее мужем. Номер 6, по одежде военный, череп разбит. Номер 7 – в осколки разбиты обе челюсти, нижняя часть лица – сплошная масса осколков, череп разбит».

«У номера 9 раздроблена голова и левая бедренная кость, еще при жизни на ней были разрушены мягкие ткани. Номер 10 при себе имеет документы на имя Зенкова от уездного военного начальника об отпуске по болезни и обязанность явиться на освидетельствование 4 марта 1918 г. и «удостоверение на имя солдата 1-го ударного батальона Павла Зенкова». Нижняя челюсть раздроблена, левая плечевая кость в верхней трети – разломлена.

У номера 20 нижняя челюсть с зубами раздроблена ударом непонятного орудия в подбородок. На теле и в голове имеется огнестрельные раны».

«Об участи архиепископа Андроника точных сведений еще не имеется; есть лишь указания, что он был закопан в землю живьем, по-видимому, в Мотовилихинском заводе».
«В отношении епископа Феофана имеются определенные сведения, что он, после истязания, был утоплен в проруби реки Камы…»

«Одним из спасшихся обитателей баржи была подробно описана ужасная смерть несчастных заложников, которых убивали по очереди топорами, ружьями и молотками. Экзекуция продолжалась всю ночь. Трупы замученных были брошены в Каму. …Была описана страшная мучительная смерть захваченных красными на Уфимском фронте двадцати шести чехов. Их беспрерывно мучили три дня и три ночи, и потом топором отсекали отдельные члены туловища, пока они не скончались в страшных муках».

«Окружили завод и произвели проверку рабочих. У кого оказывался рабочий билет, того отпускали, а остальных выводили и собирали на церковной площади, где всех расстреляли из пулеметов. Всего было убито в день захвата города около восьмисот человек».

«В один из праздничных дней два пьяных красноармейца проходили мимо городской купальни, где купались дети. Один из красноармейцев стал хвастаться, что он стреляет без промаха, в доказательство же предложил застрелить купающегося мальчика. Затем, к ужасу проходивших горожан, красноармеец действительно прицелился в купающегося мальчика, выстрелил и убил его …»

«Расстреливали тогда 7 человек, в том числе служащую из отдела снабжения… Выступил комиссар Окулов и заявив, что ему хочется сейчас попробовать свой «браунинг», убил из него первого из числа приговоренных. Затем вышел, кажется, коммунист Заякин и, помахивая своей шашкой, отрубил в 2 приема другому приговоренному голову. Третий комиссар, не зная, чем бы отличиться от своих товарищей, приказал следующему из осужденных рыть себе могилу. Могила оказалась слишком короткой. Тогда, схватив топор, коммунист отрубил несчастному ноги по могиле».

«…В последних боях установлено несколько случаев увечья и издевательства красных над нашими ранеными, оставшимися на поле боя. Так, например, при занятии нашими частями 13 сентября деревни Меньщикова (что в 62 верстах южнее станицы Омутинской) найдены изуродованными и замученными красными наши стрелки, попавшие в плен: у одного – в глаза воткнуты спички, много штыковых ран и следы побоев по всему телу. По показанию жителей деревни Меньщикова, спички были воткнуты в глаза еще живому стрелку и в таком виде его вели до леса, где он был добит штыками».
«Приказываю вам сжечь деревни Боровую, Ярковское и Бигшу Гилеволиповской волости. НР 128/оп. Комбриг-115 Полисонов, военный комиссар Попов».
«Ялуторовский уезд. В Бобылевской волости в ночь на 15 ноября нашими проходящими кавалеристами, неизвестно какой части, зарублено 13 человек местных граждан. Они изрублены на улицах и на квартирах».
«От пятидесяти домов не осталось и следа, только обгорелые трубы торчали; из ямы, покрытой обломками досок, вышли старик-татарин со старухой – чудом спасшиеся; на глазах их производились пытки и расстрелы… Наконец, они показали огромную яму, наполненную до верха разлагавшимися трупами, каковых было более пятидесяти».
«Андреев назначил комиссию для…осмотра укупоренных ящиков,…обнаружили деньги…в бумагах, золоте, серебре,…золотых серьгах, оторванных вместе с мочками ушей. Составлялись протоколы на выловленные трупы из озер и рек…У женщин были отрезаны груди, у мужчин – раздроблены ядра, у всех выловленных трупов были голые черепа…»
«Вопрос: вы выяснили, кого расстреляли и какие у вас имеются материалы об их виновности, и если есть, то предъявите их?
Ответ: материалов нет никаких. Единственное, что у нас имеется – это список расстрелянных, и то неполный. Список этот мы получили от следственной комиссии штаба 3-й дивизии Ефремова. В этом списке значится всего 47 человек, это значительно меньше того, сколько было расстреляно на самом деле, я не знаю, за что многих расстреляли, многие были расстреляны совсем зря.
Вопрос: как вы обвиняли и распределяли арестованных?
Ответ: приехал товарищ Ефремов в городскую тюрьму вместе со мной и с охраной, к нему начали приводить арестованных по составленному списку. Товарищ Ефремов спрашивал: «кто это?» Из толпы отвечали: «буржуй, буржуй». После этого товарищ Ефремов приказывал отвести его и над фамилией означенного лица в списке ставился крестик, что означало расстрел. С.С. Балмасов Красный террор на Востоке России 1918–1922. М., Посев, 2006.

«Арестованная по доносу домового комитета (из-за созвучия фамилий) и через три недели выпущенная Ел. (близкий нам человек) рассказывает между прочим: Расстреливают офицеров, сидящих с женами вместе, человек 10-11 в день. Выводят на двор, комендант с папироской в зубах считает, — уводят. При Ел. этот комендант (коменданты все из последних низов), проходя мимо тут же стоящих, помертвевших жен, шутил: вот вы теперь молодая вдовушка, Да не жалейте, ваш муж мерзавец был, в Красной армии служить не хотел.
Недавно расстреляли профессора Б.Никольского. Имущество его и великолепную библиотеку конфисковали. Жена его сошла с ума. Осталась дочь 18 лет и сын 17 –ти. На днях сына потребовали во ˝Всевобуч˝ (всеобщее военное обучение). Он явился. Там ему сразу комиссар с хохотком объявил… ˝А вы знаете, где тело вашего папашки? Мы его зверькам скормили˝. Зверей Зоологического сада, еще не подохших, кормят свежими трупами расстрелянных, благо Петропавловская крепость близко, — это всем известно… Объявление так подействовало на мальчика, что он четвертый день лежит в бреду (имя комиссара я знаю).
Вчера доктор Х. утешал И.И., что у них теперь хорошо устроились, несмотря на недостаток мяса: сердце и печень человеческих трупов пропускают через мясорубку – и выделывают пептоны, питательную среду, бульон … для культуры бацилл, например» — З.Н.Гиппиус. Петербургский дневник. – С.54-55.

Вот акт Комиссии Рерберга, которая производила свои расследования немедленно после занятия Киева добровольческой армией в августе 1919 г.: «…Весь цементный пол большого гаража (речь идет о губернской киевской ЧК -А.З.) был залит уже не бежавшей вследствие жары, а стоявшей на несколько дюймов кровью, смешанной в ужасающую массу с мозгом, черепными костями, клочьями волос и другими человеческими остатками. Все стены были забрызганы кровью, на них рядом с тысячами дыр от пуль налипли частицы мозга и куски головной кожи. Из середины гаража в соседнее помещение, где был подземный сток, вел желоб в четверть метра ширины и глубины и приблизительно в десять метров длины. Этот желоб был на всем протяжении до верху наполнен кровью…В саду того же дома лежали наспех поверхностно зарытые 127 трупов последней бойни…Тут нам особенно бросилось в глаза, что у всех трупов размозжены черепа, у многих даже совсем расплющены головы… Некоторые были совсем без головы, но головы не отрубались, а…отрывались… Около упомянутой могилы мы натолкнулись в углу сада на другую более старую могилу, в которой было приблизительно 80 трупов. Здесь мы обнаружили на телах разнообразнейшие повреждения и изуродования… Тут лежали трупы с распоротыми животами, у других не было членов, некоторые были вообще совершенно изрублены. У некоторых были выколоты глаза и в то же время их головы, лица, шеи и туловища были покрыты колотыми ранами. Мы нашли труп с вбитым в грудь клином. У нескольких не было языков. В одном углу могилы мы нашли некоторое количество только рук и ног. В стороне от могилы у забора сада мы нашли несколько трупов, на которых не было следов насильственной смерти. Когда через несколько дней их вскрыли врачи, то оказалось, что их рты, дыхательные и глотательные пути были заполнены землей. Следовательно, несчастные были погребены заживо и, стараясь дышать, глотали землю. В этой могиле лежали люди разных возрастов и полов. Тут были старики, мужчины, женщины и дети. Одна женщина была связана веревкой со своей дочкой, девочкой лет восьми…» — С.П.Мельгунов. Красный террор в России. Москва:1990, — с.127-128.

«Бывало, раньше совесть во мне заговорит, да теперь прошло — научил товарищ стакан крови человеческой выпить: выпил — сердце каменным стало»,— делился опытом палач харьковской чрезвычайки Иванович. — А.И.Деникин. Очерки русской смуты. Том V. Вооруженные силы Юга России. Берлин,1926. — С.129.
«Среди одесских палачей был негр Джонсон, специально выписанный из Москвы. Джонсон был синонимом зла и изуверств. Сдирать кожу с живого человека перед казнью, отрезать конечности при пытках и т.п. – на это способен был один палач – негр Джонсон. Он ли один»? — Мельгунов С.П. Красный террор в России. – М.2006. — С. 203.

В январе 1920 г. была частично отменена смертная казнь, но уже в мае она была восстановлена. По мере того как большевики подавляли сопротивление Белых армий и народных восстаний, возникали новые, невиданные по своим масштабам формы красного террора. Это – массовые расстрелы белогвардейцев и их сторонников. Самыми известными стали крымские убийства под руководством Бела Куна и Розалии Землячки, начавшиеся после ухода Врангеля в ноябре 1920 и продолжавшиеся до июня 1921 г. По разным источникам, в Крыму было истреблено от 50 до 76 тыс. человек. Подобные массовые убийства производились в Архангельске, в казачьих областях и в местах крестьянских восстаний. В Сибири, при подавлении крестьянских восстаний, согласно одной из сводок карательных отрядов, за одного убитого карателя убивали 15 крестьян. Самые известные акты массового убийства приведены ниже. Цифры включают убийства, осуществленные различными способами.
Наиболее известные акты массового террора

Время Действие Число жертв
1918
Январь-февраль Расстрелы в Армавире 1 342
Февраль Киевские расстрелы 2 000
Лето Подавление Ярославского восстания 1 500
Осень Подавление Ижевско-Воткинского восстания 7 000
Декабрь Расстрел бастующих рабочих в Мотовилихе 100

1919
Март-апрель Подавление II Астраханского восстания 2 000–4 000
Март-июнь Расстрелы в Харькове 3 000
Февраль-август Киевские расстрелы 3 000
Апрель-июль Расстрелы в Полтаве 2 000
Апрель-сентябрь Расстрелы в Одессе 2 200
Весь год Монастырская слободка под Саратовом 1 500

1920
Начало года Истребление Уральских казаков 130 000?
Зима-весна Красноярский концлагерь 40 000
Март Уничтожение Николаевска-на-Амуре 20 000
Март и далее Архангельские расстрелы 3 000
Август 1920 Расстрел в тюрьме в Екатеринодаре 1 600

1921
Декабрь по июль Крымские расстрелы 50 000–76 000
После февраля Расстрелы в Грузии 24 000
Март Кронштадтский расстрел 2 103
Март-Апрель в Архангельске и Пертоминске 424
Весна Подавление Западно-Сибирского восстания 75 000
Лето Подавление Тамбовского восстания 70 000–90 000
Ноябрь Расстрелы заложников на Украине 5 000

Частичный итог ~ 482 500
1919–1922

В результате расказачивания погибло свыше 500 тыс. казаков. Почти полностью были истреблены уральские казаки. Террор против крестьян занимает особое место среди преступлений большевиков. Он особенно усилился после поражения белогвардейцев, с конца 1920 г. Тамбовское и Сибирское восстания 1920–21 гг., были подавленны с особой жестокостью. В результате погибли сотни тысяч сельских тружеников, уничтожались все жители целых деревень. В 1922 г. следовала связанная с кампанией по изъятию церковных ценностей волна убийств духовенства. Общее число жертв красного террора 1918–1922 гг. в исторической литературе сегодня оценивается как «не менее 2 миллионов».

Трудно вообразимую цифру «не менее 2 миллионов» можно себе образно представить так. Интенсивный террор длился с июля 1918 по февраль 1922 г., примерно 1300 дней. На середину этого периода действовало 610 Чрезвычайных комиссий разного уровня. Если предположить, что каждая из них расстреливала в среднем по 2 человека в день, это уже почти 1,6 миллиона. Мы не знаем, сколько она расстреливала на самом деле, но знаем, что в то же время действовало и более 1000 ревтрибуналов разного рода, каждый из которых тоже постоянно выносил смертные приговоры. Кроме того, по меньшей мере полмиллиона было уничтожено при массовых акциях террора, как указано выше.

Из оценок современников интересна таблица, опубликованная в эдинбургской газете «The Scotsman» (7.XI.1923). Ее источник не указан; возможно, это данные британской разведки (русское население ходило в британские представительства с жалобами на большевиков). В списке явно не хватает казаков и членов их семей и неполно охвачены другие массовые убийства. Но итог близок к оценке деникинской Особой комиссии по расследованию злодеяний большевиков.

Жертвы красного террора 1918–1922 гг. по британским данным
28 епископов
1 219 священников
6 000 профессоров и преподавателей
9 000 врачей
12 950 землевладельцев
54 000 офицеров
70 000 полицейских (?)
193 290 рабочих
260 000 солдат
355 260 различных работников умственного труда
815 000 крестьян
1 776 747 итого.

Заметки ответственного редактора:
Сегодня изучение красного террора затруднено по трем причинам: 1. Доступ к документам ведомственных архивов крайне ограничен. 2. Официальные документы часто фальсифицированы. Как показал С.П. Мельгунов, отчеты о расстрелах преуменьшались в 2–3 раза. 3. Огромное число убийств при подавлении восстаний вообще никак не регистрировалось. Тем не менее, изучение красного террора важно как из «любви к отеческим гробам», так и для понимания природы большевицкой власти, которой бы без этого террора не было.

К 1921 г. в аппарате ЧК служит уже более 230 тыс. человек. Из них 77,3% – русские, 9,1% – евреи, 3,5% – латыши, 3,1% – украинцы, 1,7% – поляки и 5,3% – иные. При этом только 1% имеет высшее образование. В мае 1919 г. создаются Войска внутренней охраны республики (ВОХР), тоже подчиненные ЧК. Их состав, около 120 тыс., через год удваивается. Одной из задач ВОХР становится охрана концентрационных лагерей, которые создаются с лета 1918. В руководящих органах ЧК доминировали нерусские – поляки, армяне, евреи, латыши. «Мягок, чересчур мягок этот русский, — говаривал Ленин, — он не способен проводить суровые меры революционного террора». Как и в Опричнину Ивана Грозного, терроризировать русский народ тирану было проще руками инородцев.

12 мая 1919 г. Совнарком издал декрет, в подробностях разъясняющий систему организации концентрационных лагерей и вводящий принцип их полной самоокупаемости – труд заключенных должен был содержать их самих, охрану и администрацию лагеря, а также давать доход государству. В конце 1920 г. в советской России было 84 концентрационных лагеря с приблизительно 50 тыс. заключенных, к октябрю 1923 г. число лагерей возросло до 315, а число заключенных в них до 70 тысяч. За побег одного заключенного расстреливалась десятка. Заключенных держали на ужасающе голодном пайке, убивали за малейшую провинность, знали только по номерам. Сходство с созданными через двадцать лет нацистскими лагерями было столь разительно, что если бы сообщения о жизни в советских концентрационных лагерях не были бы опубликованы в 1920-е гг., то можно было бы заподозрить злостную фальсификацию. Но страшные описания советских лагерей, полученные от бежавших из них смельчаков или из писем, всеми неправдами переданных на волю и попавших за границу, появляются с начала 1920-х гг. Советскую практику сразу же заметил мало кому тогда известный Адольф Гитлер. 13 марта 1921 г. он писал в «Volkischer Beobachter”: «При необходимости можно исключить развращающее влияние евреев на наш народ, заключив проводников этого влияния в концентрационные лагеря».

По мысли большевиков, террор должен был парализовать волю к сопротивлению у противников советской власти. Люди образованные, мыслящие, особенно молодые, способные к активной и сознательной борьбе, уничтожались в первую очередь, если не шли на активное сотрудничество с большевицким режимом. Студенчество, юнкера, кадеты, семинаристы истреблялись поголовно, если они не были известны, как убежденные социалисты. Особенно тщательно выявляли большевики и истребляли тех людей, которые пользовались в обществе авторитетом и могли объединять вокруг себя недовольных режимом – популярных священнослужителей, земских деятелей, сельских старост, рабочих активистов. Красный террор был не суммой хаотических жестокостей, но продуманной большевиками до деталей и тщательно осуществленной системой удержания политической власти.

То, что нашлись сотни тысяч добровольных и охотных исполнителей сатанинских деяний красных террористов, с веселостью убивавших и глумившихся над своими жертвами, над страданиями невинных – страшный приговор старой, дореволюционной России, ее ведущему слою. Народ нравственно не был воспитан, не был приучен к добру, был развращен многовековым презрением к нему богатых и сильных, не был просвещен церковью и не был сплочен национально. Исполнители красного террора легко забыли все религиозные понятия и бестрепетно поднимали руку на своего брата по крови – будь то русский, армянин, еврей, латыш или поляк. Исключения были немногочисленны. «А в наши дни и воздух пахнет смертью» — писал в 1919 г. молодой Борис Пастернак.

Многие чекисты находились в параноидальной одержимости в своем служении «Великой всемирной революции». Характерно описание мыслей начальника губчека – Андрея Срубова в одной из первых революционных повестей – «Щепка», написанной в 1923 г. молодым Красным писателем, а до того – красноармейцем — В.Зазубриным (настоящее имя – Владимир Яковлевич Зубцов [1895-1937]), знавшим работу в ЧК не понаслышке. После жуткого описания очередного массового убийства в подвале ЧК, автор подводит итог:

«Ванька Мудыня, Семен Худоногов, Наум Непомнящих мертвенно-бледные, устало расстегивающие полушубки с рукавами, покрасневшими от крови. Алексей Боже с белками глаз, воспаленными кровавым возбуждением, с лицом, забрызганным кровью, с желтыми зубами в красном оскале губ, в черной копоти усов. Ефим Соломин с деловитостью, серьезной и невозмутимой, трущий под курносым носом, сбрасывающий с усов и бороды кровавые запекшиеся сгустки, поправляющий захватанный козырек, оторвавшийся наполовину от зеленой фуражки с красной звездой.
Но разве интересно Ей (Великой революции – отв. ред.) это? Ей необходимо только заставить убивать одних, приказать умирать другим. Только. И чекисты и Срубов, и приговоренные одинаково были ничтожными пешками, маленькими винтиками в этом стихийном беге заводского механизма. На этом заводе уголь и пар – Ее гневная сила, хозяйка здесь Она – жестокая и прекрасная. И Срубов, закутанный в черный мех полушубка, в рыжий мех шапки, в серый дым незатухающей трубки, почувствовал Ее дыхание. От ощущения близости той новой напряженной энергии рванул мускулы, натянул жилы, быстрее погнал кровь. Для Нее и в Ее интересах Срубов готов на все. Для Нее и убийство – радость. И если нужно будет, то он не колеблясь сам станет лепить пули в затылки приговоренных. Пусть хоть один чекист попробует струсить, — он сейчас же уложит его на месте. Срубов полон радостной решимости. Для Нее и ради Нее».
В начале 1920-х гг. Зазубрина высоко ценили и Ленин, и Горький, он был очень популярен, но повесть «Щепка» опубликовать тогда не решились. Она была издана только в 1989 г. Сам В.Зазубрин был арестован по распоряжению Сталина в 1936 г. и убит 31 августа 1937 г.

Задача террора была атомизировать общество, принудить его членов выживать по одиночке. Жестокие убийства невиновных ни в чем людей приучали к мысли, что единственный способ выжить – служить режиму и при этом не иметь собственного мнения, «колебаться вместе с линией партии» — как определял один советский анекдот. Тогда еще был шанс выжить, да и то небольшой. Второй способ существовать заключался в том, чтобы, не сотрудничая активно с преступной властью, затаиться и прожить жизнь незаметно, ничего не обсуждая и не осуждая – «пироги ешь с грибами, да держи язык за зубами» — гласила народная мудрость тех лет. По этому второму пути пошли многие. Даже своих детей боялись они учить правде, и сами забывали ее постепенно.

В обществе, где большевиков уже к лету 1918 г. не поддерживал почти никто кроме их подручных и замаранных в преступлениях попутчиков, — террор был единственным способом удержать власть. Дзержинский и Ленин гордо заявляли, что террор и его главное орудие ЧК спасли революцию. И это была правда, если под революцией понимать тот страшный режим, который большевики навязали всем народам России, а потом распространили чуть ли не на треть земного шара. Именно в годы Гражданской войны коммунисты создали карательную систему, которая долгие десятилетия будет ограждать всевластие компартии и приведет к гибели новые миллионы наших граждан.

«Красный террор был с первых шагов существенным элементом большевицкого режима. Порой он усиливался, порой ослабевал, но никогда не прекращался полностью. Как черная грозовая туча, он постоянно висел над советской Россией … Для большевиков террор был не орудием обороны, а методом управления» — Р.Пайпс. Русская революция. Т.2. – С.594-95.

Красный террор, по мысли теоретиков коммунизма, имел своей целью не только запугивание, но и искусственный селективный отбор людей, годных к продолжению рода в социалистическом «завтра». «Пролетарское принуждение во всех формах, начиная от расстрелов и кончая трудовой повинностью, является, как парадоксально это ни звучит, методом выработки коммунистического человечества из человеческого материала капиталистической эпохи» — утверждает в 1920 г. Николай Бухарин.
«Смертные приговоры выносились и приводились в исполнение не в порядке наказания за преступление, а в порядке ликвидации чужеродного и потому непригодного для социалистического строительства материала. Помещики, буржуи, священники, кулаки, белые офицеры также просто выводились в расход, как в рационально поставленных хозяйствах выводится в расход одна порода скота ради введения другой» — Федор Степун, Бывшее и несбывшееся.М.-Спб.,1995. — С.458.

Красный террор практически не был в те годы осужден свободным миром. Его отрицали немцы в 1918 г., чтобы оправдать своих союзников большевиков — когда гетман Скоропадский обратил внимание Берлина на преступления, творимые в советской России, он получил ответ государственного секретаря Германии фон Хинце, что «по немецким сведениям и речи нет о терроре – речь идет только о препятствовании советского правительства попыткам безответственных элементов вызвать анархию и беспорядок». Террор старались не замечать европейские знаменитости – писатели, артисты, политики. Ромен Роллан, Эптон Синклер смеялись над ужасающими фактами или оправдывали их. Бертран Рассел говорил в 1925 г., что в современных ему США творятся такие же преступления против человека, как и в Советской России. Очень немногие увидели в опубликованных на Западе материалах о красном терроре «трагедию человеческой истории, в которой убивают, чтобы не быть убитыми». Одним из таких был Альберт Эйнштейн, которому и принадлежат эти слова.

«Кому понадобилось, в чьих интересах лишить жизни этих молодых, сильных людей, не проживших и половины отмеренного им срока? ˝Их смерть необходима во имя счастья человечества и светлого будущего грядущих поколений!˝ Хотел бы я посмотреть на эти счастливые поколения, которые построят свое счастье на крови и страданиях предыдущих генераций. Думаю, если у них будут хотя бы зачатки нравственности, они не посмеют быть счастливы». — Питирим Сорокин. Дальняя дорога. Автобиография. М.: Терра,1992. – С.121.

Красный террор нанес невосполнимый ущерб нравственному состоянию общества на многие десятилетия вперед, сделав миллионы братьев и соплеменников хладнокровными убийцами друг друга. Наша земля буквально пропитана невинно пролитой кровью, и воздух насыщен стоном страданий бесчисленных жертв. Большевицкий террор отучил людей от честности, сотрудничества, взаимопомощи, солидарности. Приучил выживать в одиночку, часто – губя близких ради собственной шкуры. Террор уничтожил лучших, которые отказались склонить головы перед большевиками, отказались стать рабами. Они не дали потомства, не продолжили род, не научили своих детей своим примером гражданского мужества и правды. Отсюда нравственная неполноценность очень многих россиян, передающаяся от той страшной эпохи из поколения в поколение. Уничтожение ведущего слоя общества привело к глубокой культурной деградации народа, а убийство сотен тысяч лучших тружеников – рабочих и крестьян – к разрушению всей хозяйственной жизни России».

Андрей Зубов,
российский историк и общественный деятель, профессор

https://www.facebook.com/andrei.b.zubov/posts/2207341702884502?__tn__=K-R

СМИ обязаны цитировать материалы Aravot.am с гиперссылкой на конкретный материал цитирования. Гиперссылка должна быть размещена в первом абзаце текста.

Комментарии (0)

Комментировать

Календарь
Сентябрь 2018
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Авг   Окт »
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930