Что необходимо для радикальной революции
«Идеология политической революции никогда ничего не меняет, кроме внешней стороны вещей. Будет насилие, власть перейдёт от одной партии к другой, но когда рассеется дым и тела погибших будут преданы земле, положение останется в сущности тем же: меньшинство сильных будет править и использовать всех остальных в своих целях. Останутся и та же жадность, жестокость, похоть, честолюбие, корыстолюбие и лицемерие».
Это цитата из книги Томаса Мертона «Семена созерцания» (Seeds of Contemplation), опубликованной в 1949 году. Революции, войны и тоталитарные режимы XX века позволили католическому философу обобщить опыт предыдущих десятилетий и добавить к нему те печальные реалии, которые обычно следовали за революционными событиями и в предшествующие века.
Слова Мертона в той или иной степени относятся ко всем революциям. В том числе к событиям 2018 года в Армении, которые, кстати, многие революцией не считают, но об этом пусть спорят историки. Во всяком случае, для меня совершенно очевидно, что люди вышли на улицы, чтобы отреагировать на негативные реалии, а не по воле Пашиняна, Сороса, Запада или «Газпрома». Я утверждал это тогда и продолжаю утверждать сейчас, несмотря на то, что есть люди, обвиняющие меня в поддержке «цветной революции» 2018 года.
Читайте также
Другой вопрос — с какими ожиданиями люди вышли на улицы. Естественно, ожидания были разными. Условно я разделяю их на две части, отвлекаясь от нескольких десятков оттенков: здоровые и нездоровые.
Носителями здоровых ожиданий были в основном молодые люди, которые хотели, чтобы мы наконец преодолели постсоветский период «застоя», когда всё определяется волей одного человека и всё построено на личной преданности, подхалимаже и коррупции. Нездоровая часть мечтала и продолжает мечтать о «люмпенском реванше», о наказании бывших и богатых. Обязательно следует отметить, что в 2018 году в списке ожиданий ни у кого не было ни сдачи Арцаха, ни смены Католикоса, ни вражды с Россией.
Ожидания «здоровой части» не осуществились вообще, тогда как желания «больных» отчасти реализуются, хотя подобные устремления не имеют конца: им постоянно нужны «виселицы», «гильотины» — как в прямом, так и в переносном смысле.
Конечно, осуществить здоровые ожидания объективно сложно. Но, как очень быстро выяснилось, это и не входило в планы Пашиняна и его придворных: целью этих людей было воспользоваться уже существующей монолитной, авторитарной, застойной системой.
В результате мы получили именно то, что описывал Мертон: остались жадность, жестокость, похоть, честолюбие, корыстолюбие и лицемерие.
Именно поэтому богослов считал, что единственная, причём чрезвычайно радикальная, революция — это революция, которая меняет человеческую сущность, а не внешние «декорации» общества. Для этого, в частности, необходимо преодолеть ложное «я» (False Self).
Обычные политические перевороты требуют уничтожения внутренних и внешних врагов, тогда как духовная революция предполагает «смерть» эгоистического человека — того человека, которого мы ошибочно принимаем за собственное «я». Ложное «я» строит иллюзии вокруг социального статуса, богатства и стремления к власти.
Если ложное «я» не умрёт, все разновидности «цветных» или «чёрно-белых» революций — или, если хотите, «революций» — через 5–10 лет будут иметь ту же траекторию, свидетелями которой мы стали в 2018–2026 годах.
Арам АБРАМЯН
Газета «Аравот»
01.09.2026
