Когда в 1996 году под давлением Вазгена Саргсяна и Вано Сирадегяна первый президент Левон Тер-Петросян принудил премьер-министра Гранта Багратяна подать в отставку, оппозиция заявила, что отставкой премьер-министра или правительства вопрос не решится, и ответственность за катастрофическую ситуацию в стране несет президент: «Вот если он подаст в отставку, то все наши проблемы будут решены». Спустя примерно полтора года после этого подал в отставку и Тер-Петросян, но говорить, что таким образом была решена какая-то важная государственная проблема, было бы большим преувеличением, проблемы, на мой взгляд, усугубились. Однако реакция оппозиции на смену правительства стандартна, она не меняется как минимум уже 20 лет.
Крупица истины в этом, конечно, есть: премьер-министр, какими бы многочисленными личными достоинствами он ни был наделен, не может изменить ситуацию. Вся правда, однако, заключается в том, что с одной стороны, мы, справедливо не имея никаких ожиданий от смены премьер-министра или министров, считаем, что в этой стране все зависит от президента. И достаточно, чтобы пришел «патриот», который распорядится, чтобы чиновники не крали, бизнесмены платили налоги, азербайджанцы не стреляли, а русские уважали нас, после чего «народ» будет доволен и счастлив.
Жизнь с такими «ожиданиями» и постоянными разочарованиями может иметь одну альтернативу: требовать соответствия определенным этическим и государственным нормам надо сначала от самого себя, потом от своих близких, а затем уже и от государственных чиновников, вплоть до министров, премьер-министра и президента. Если я не вписываюсь в них, я не скромен, корыстолюбив, лжив, то я не имею права требовать того от других, в частности, от властей, просто потому что я – «народ», а они – «шефы». Иначе получается, что «раз эти воруют, то дайте и нам воровать».
Другой вопрос, что мы понимаем под «нравственными и государственными критериями». Эти «параметры» для нас не до конца ясны. Входят ли в эти критерии, например, бизнесы, связанные с «Газпромом»? Лично я не знаю ответов на эти вопросы, но не возникает ли здесь конфликта интересов? Не мешает ли выполнять обязанности премьер-министра взаимосвязанность с государственным, «системообразующим» бизнесом, и, следовательно, государственными интересами другой страны?
Читайте также
Словом, критерии неопределенные. В этом случае на первый план выдвигаются эпитеты – патриот, не патриот, заботящийся о народе, или наоборот, готовый вогнать еще одну занозу в «тело» народа. С таким мировосприятием мы далеко не уедем.
