Именно к этому призывали апостол Павел и Иммануил Кант
Несколько дней назад я опубликовал короткое видео под заголовком «Как реагировать на агрессию николистов». В этом видео я пытался обосновать, что отвечать на ругань и оскорбления николашистов в том же стиле — глупость. Более того, обсуждать с этими людьми что-либо вообще не имеет особого смысла. Допустим, они говорят, что исполнительная власть, премьер-министр (то есть человек, узурпировавший этот пост) имеют право отстранить от должности Католикоса всех армян или называть его «Ктри́чем Нерсисяном». Какие аргументы вы можете противопоставить этому, кроме самых элементарных правовых знаний?
Или николисты говорят, что азербайджанцы имели право в 2023 году провести этническую чистку в Арцахе. Люди, которые так думают, находятся, как принято говорить, в совершенно другой моральной парадигме. Диалог с ними, на мой взгляд, невозможен.
Тем не менее часть пользователей считает, что «с этими нужно разговаривать на их языке» и в качестве примера приводит живущего в США Вардана Гукасяна и его соответствующую лексику. Кстати, на последних выборах партия господина Гукасяна не добилась успеха, потому что Пашинян, можно сказать, «более Дог, чем сам Дог».
Читайте также
Но проблема противодействия злу имеет также глубокое политическое и философское измерение.
Предположим, все три миллиона граждан Армении считают, что ругань в публичной речи вполне приемлема, а я единственный человек, для которого это неприемлемо. Если я не политический деятель и не ставлю перед собой цель «вести за собой массы», то проблемы нет: я остаюсь один, остальные ругаются или говорят «Ктри́ч Нерсисян», что, в моём восприятии, является той же самой руганью, поскольку обращаться к Католикосу всех армян по имени, данному ему при крещении, для христианина неприемлемо.
«Мёртвый плывёт по течению. Только живой способен плыть против него», — писал Честертон. В данном случае он говорил не столько об отдельном человеке, сколько именно о церкви: если она жива, она способна противостоять модернистским течениям XX века. Но это совершенно справедливое наблюдение можно применить и к отдельным людям.
Обычный человек, таким образом, вполне может остаться один против миллионов. А если он политик? Тогда проблема усложняется. Политическая деятельность предполагает конкуренцию, и когда твой политический оппонент что-то говорит, ты должен ему ответить. На каком языке — на его или на своём?
Разумеется, в идеале можно было бы договориться об определённых правилах игры, общем языке или, как сейчас говорят, о «приличиях». Но в случае с членами ГД это опять-таки совершенно бессмысленно. Ты не можешь договориться с законченным наркоманом или алкоголиком о том, что он больше не будет пить или употреблять наркотики. Хронический лжец и демагог не начнёт вдруг говорить правду только из-за каких-то договорённостей.
С хулиганом невозможно договориться о приличиях. Тем более что хулиганство, оскорбления и личная клевета являются неотъемлемой частью политической культуры ГД, их главным политическим оружием, главным инструментом удержания власти. Дело в том, что их «ядерный электорат» находится на самом низком уровне как с точки зрения приличий, так и интеллекта?
Одним словом, я крайне скептически отношусь к «приличиям» николистов. Но это совершенно не означает, что нужно входить в ГД-шную «парадигму» и принимать их стандарты поведения.
«Не позволяй злу победить тебя, но побеждай зло добром», — писал апостол Павел римлянам. Он вовсе не имел в виду, что злу не следует сопротивляться. Речь совершенно о другом: не будь лжецом вместе с лжецом, не будь хулиганом вместе с хулиганом, не становись кощунником вместе с кощунником. Противостоя злу, сохраняй свой принцип.
Этот принцип должен оставаться неизменным при любых обстоятельствах, во всех контактах. Иммануил Кант прекрасно сформулировал это: «Если твой моральный принцип зависит от того, как ведёт себя другой человек, это фактически означает, что у тебя нет морального принципа».
Арам АБРАМЯН
Газета «Аравот»
25.08.2026
